Сегодня:

19 сентября 2018 г.
( 6 сентября ст.ст.)
среда.

Чудо Архистратига Михаила в Хонех.

Седмица 17-я по Пятидесятнице.
Глас 7.

Пища с растительным маслом.

Воспоминание чуда Архистратига Михаила , бывшего в Хонех (Колоссах) (IV). Мчч. Евдоксия, Зинона и Макария (311-312). Мчч. Ромила и с ним многих (ок. 107-115). Прп. Архиппа (IV). Мчч. Кириака, Фавста пресвитера, Авива диакона и с ним 11-ти мучеников (ок. 250) Сщмч. Кирилла, еп. Гортинского (III-IV). Прп. Давида (VI). Сщмч. Димитрия пресвитера (1918). Сщмчч. Иоанна и Всеволода пресвитеров (1937). Киево-Братской (1654) и Арапетской икон Божией Матери.


Еф., 223 зач., III, 8-21. Мк., 51 зач., XI, 23-26. Архангела: Евр., 305 зач., II, 2-10. Лк., 51 зач., X, 16-21.

Цитата дня

Мир, как детей, обма­ны­ва­ет нас, настоящие ценности выменивает на погремушки.

Протоиерей Иоанн Гончаров.

Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов

Тайна времени жизни

Протоиерей Иоанн Гончаров

Reflex of joy

Душевная боль — такое знакомое всем состояние. Душевная боль одиночества, душев­ная боль непонимания, боль о любимых и о не любящих, боль разлук и встреч… Сложность душев­ных переживаний попускает сказать, что различного рода страхи (боимся за ближних, боимся за себя) — это тоже боль, которая так много места занимает в нашей жизни. И если ещё вспомнить совестные переживания, в которых перемешаны и боль, и страх, то образуется чёткая картина преобладания в нашей жизни духовного начала, говорящего о многом честному уму.

Само наличие душевной боли, наличие совестных движений так красноречиво говорят о Боге. Это — весть о чём-то очень важном, что происходит на внутреннем горизонте нашей личности и что обязательно отразится в Вечности, если останется без внимания.

Боль как бы взывает к разуму и совести о со-образовании жизни с вечным Евангельским законом. Этому и учит Православие.

Но когда человек себе верит больше, чем Богу, в своих намерениях и делах полагается больше на себя, на свою разумность, правоту, предусмотрительность, осторожность, то он всецело находится в руках своей ограниченности. Ну что такое, например, наш разум? Он совершенно бессилен предусмотреть очень многое. По природе своей он бессилен в будущем времени, во времени, в котором мы только и живем по-настоящему (настоящее время, оно всегда как бы уходящее, уже свершившееся, уже как прошедшее). Вера в себя, надежда на себя и производят различные ошибки, переживания в большом преизбытке. Многоразличные предположения, опасения окутывают страхом неизвестности в будущем за себя и за близких.

Вера в Бога и упование на Него — тихое пристанище для страждущей души. Он — творец жизни во всех её проявлениях, где нет ничего лишнего, пустого, случайного или недостающего. В ней — дивный Божественный порядок, в который мы должны вписаться верой в Него и надеждой на Него. Он, Творец времени, лишил нас всякого разумного упования на себя, на своё. И в этом тоже сокрыта Его мудрая Любовь к человеку. Ибо только в Нём утоляются наши боли, успокаивается наша совесть.

Бог дал нам жизнь в таком развороте, что она ничем не отличается от Божественной (ибо искру Своей Любви Он вдунул в наше сердце). И богоподобная природа человека, его ценность, его свобода предполагают жизнь как испытание, как искушение, в котором проверяется качество его душевных сил, утверждаются все его дарования. И только потому никогда, нигде и ни в чем до самой смерти не бывает человеку полного покоя. Ибо время жизни очень значимо. В нём совершается наше становление, наше прорастание в Вечность, наше её приятие.

Почему это так? Для чего это так? Наше сердце настроено на радость и благополучие, и, кажется, что это так понятно и так естественно. Но в природе, где ничего просто так не происходит, всё это требует осмысления.

Евангелие говорит нам, что жизнь — самое ценное, что есть у человека. Мы это знаем, но всегда забываем, что она не просто — самое ценное, но непостижимо ценное, ибо жизнь — вечная. Цена её очень велика ещё и потому, что она может быть вечная в мучении. Её ценность равнозначна её опасности, ибо, теряя жизнь с Богом, мы неотвратимо приобретаем её с диаволом, что страшнее небытия. От задуманного Богом великого блаженства человек попадает на вечные мучения.

Потому-то на землю к людям пришел Спаситель — вторая Ипостась Святой Троицы. Потому Он распялся за нас, потому Он послал Святого Духа на нас и сотворил Церковь, дабы никто и ничего не пропало.

Спросим: а нельзя ли было всё устроить как-то попроще? Конечно же, можно — животный мир устроен просто. Но человеку Бог даровал жизнь по-Божески. Дар жизни был даром Божественной Любви. Это дар, пред которым замирает ангельский мир, недоумевает всяк язык. Это непостижимый дар Непостижимого Бога, это настоящий дар Настоящего Бога, вечный дар Вечного Бога. Дар, достойный Самого Бога.

Живут кошки и собаки — это тоже жизнь, но ведь это животная жизнь. Нет, Бог знал, что делал. И Крестной Своей Любовью Он загородил нам дорогу в пропасть. Крестная сила Любви для всех уверовавших в Бога уничтожает возможность ада при наличии каких угодно грехов, ибо дело не в грехах, а в нераскаянности.

Таким образом, время жизни для нас очень значимо, и потому всё в нас и вокруг нас кричит, плачет, зовет, чтобы мы проснулись, чтобы начали соображать — что есть мы и что с нами происходит. Зачем эта боль? Зачем этот страх? Зачем эта чудная мгновенная радость любви в мире страданий? И нельзя до бесконечности уклоняться от поставленных болью и страхом вопросов, это ведь — зов Божий. Нельзя пренебрегать тем, что тебя зовёт Жизнь.

Мы же, измеряя жизнь своими страстями, не хотим понять этого главного. Мы хотим жить без боли и страхов здесь и сейчас. Не хотим понять, что это невозможно, потому что существует грех.

Эта жизнь — проба жизни. Время же влечет нас к жизни настоящей, непреходящей. Время влечет нас к Вечности, как реки текут в океан. Само течение времени указывает нам цель. А скорби и нестроения не позволяют нам делать того, что делать нельзя и вообще не нужно.

Течение времени обессмысливает все наши попытки «хорошо устроиться». Радость жизни, которую мы хотим остановить, она дана нам во внутреннем вечном человеке. Боль и страх внешнего человека как раз и обращают нас к тому вечному, настоящему, что есть в нашей душе. Оно (то, что мы очень хотим) — там, внутри нас, где время уже впадает в Вечность. В этом — неизреченная тайна и времени, и жизни. В этом — иная, духовная жизнь, которую нужно открыть во времени.

Тайна времени жизни — найти Вечность, найти Виновника жизни и полюбить Его.

Всякая боль и все страхи отступают от души человека, когда он находит Бога. Смысл их в том и состоит, чтобы привести человека к Богу — Источнику жизни в её дивной красоте и полноте.

vn001

Источник: Протоиерей Иоанн Гончаров. Многие поищут войти, но не возмогут. – 3-е издание, дополненное. – Изд-во Миръ, 2002.

См. также: