Сегодня:

22 ноября 2017 г.
( 9 ноября ст.ст.)
среда.

Нектарий Эгинский.

Седмица 25-я по Пятидесятнице.
Глас 7.

Пища с растительным маслом.

Мчч. Онисифора и Порфирия (ок. 284-305). Прп. Матроны (ок. 492). Прп. Феоктисты (881). Мч. Александра Солунского (IV). Мч. Антония (V). Прп. Иоанна Колова (V). Прпп. Евстолии (610) и Сосипатры (ок. 625). Прп. Онисифора Печерского (1148). Свт. Нектария , митр. Пентапольского, Эгинского чудотворца (1920). Сщмчч. Парфения, еп. Ананьевского, Константина, Димитрия, Нестора, Феодора, Константина, Виктора, Илии, Павла пресвитеров, Иосифа диакона и прмч. Алексия (1937). Иконы Божией Матери, именуемой "Скоропослушница" (X).


Утр. - Лк., 4 зач., I, 39-49, 56. Лит. - 2 Сол., 275 зач., II, 1-12. Лк., 69 зач., XII, 48-59. Богородицы: Флп., 240 зач., II, 5-11. Лк., 54 зач., X, 38-42; XI, 27-28.

Цитата дня

Кого мир обманул? Кто к нему привязался.

А кого Бог спас? Кто на Него полагался.

Архим. Кирилл (Павлов).

Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов

Евангелие дня: Вторник, 3 / 16 октября

Седмица 20-я по Пятидесятнице

Протоиерей Александр Шаргунов


ic007m

Лк., 27 зач., 6:37-45


Мы не должны быть слишком строгими судьями других, потому что сами нуждаемся в снисхождении. «Не судите, и не будете судимы, — говорит Господь, — не осуждайте и не будете осуждены». Бог не будет судить и осуждать вас, и люди не будут. Те, кто милостив по отношению к репутации других людей, найдет и их милостивыми по отношению к себе. Если мы живем духом добра и прощения, нам дано будет узнать, что это за благо: «прощайте и прощены будете». Если мы простим оскорбление, нанесенное нам другими, другие простят нам наши обидные слова. Если мы прощаем плохие поступки других против нас, Бог простит нам наши плохие поступки против Него.

И Он также помнит все наши добрые дела: «Давайте, и дастся вам», ибо Бог часто употребляет других людей не только как орудие наказания, но воздаяние правды. Бог расположит сердца других давать нам, когда мы в нужде, и давать мерою доброю, утрясенною, нагнетенною, переполненною. В конце концов, только Сам Бог может так давать. Мы должны ожидать, что к нам будут относиться так же, как мы относимся к другим. Ибо «какою мерою мерите, такою же отмерится и вам». Те, кто сурово обращается с другими, не должны удивляться, что им платят такой же монетой. А те, кто добр к другим, могут надеяться, что Бог пошлет им друзей, которые будут также добры и с ними. Отказ судить другого, по глубинной сути, совсем не означает отсутствие иерархии ценностей. Наоборот, критерий познания очевиден. Он — в плодах их жизни, которые могут быть сокровенны.

Никто из нас не застрахован от ошибок, и даже от повторяющихся постоянно одних и тех же ошибок. В этом нет ничего непоправимого — до тех пор, пока мы готовы их признавать. Более существенным было бы для нас ошибиться в определении того, что есть добро и что есть зло. Кто способен всегда увидеть, где есть подлинное добро, как отделить пшеницу от плевел, видимость истины от истины, как всегда отличить с несомненностью сокровенное веяние Духа Божия от неясного прорастания в нас зла? То, что постепенно раскрывает нас в полноте Христовой любви, от того, что все более затягивает в пучину нашего себялюбия? Если я никогда не могу с уверенностью сказать это о себе, откуда берется у меня смелость говорить о других? Как могу я руководить ими и произносить хотя бы одно слово, направляющее их на нужный путь?

Преподобный Серафим Саровский свидетельствует: «Когда я говорил от своего ума, то бывали ошибки». А преподобный Силуан Афонский, приводя эти его слова, добавляет, что ошибки могут быть трагическими. Может ли слепой водить слепого — не оба ли упадут в яму? Есть ли в Евангелии более зрелищная притча, чем рассказ о двух братьях, один из которых имеет бревно в глазу, а второй — сучок, и первый изо всех сил старается вынуть сучок из глаза своего брата.

Как прежде времени выносить суд о добре и о зле? В другой Своей притче Господь призывает нас ждать часа жатвы, чтобы навсегда отделить пшеницу от плевел. Теперь Он снова отправляет нас ко времени плодоношения. Нет доброго дерева, которое бы приносило худой плод, и нет худого дерева, которое приносило бы плод добрый. «Ибо всякое дерево познается по плоду его». Но пока не созреет и не упадет плод, дается время терпения ожидания, бережного отношения к соку, поднимающегося по стеблям, к жизни, распускающейся в цветении, в опылении, в завязи плода — до того, как еще наступит время созревания. Только в час плодоношения узнается дерево. И Господь добавляет: «Не собирают смокв с терновника и не снимают винограда с кустарника». Для неискушенного взора, прежде чем придет этот час, кажется, хороши все кусты и деревья, и все цветы одинаково манят и пьянят. Только сбор урожая выявит все.

Точно так же бывает с людьми. Господь часто повторяет, что мы будем судимы не за то, как мы внешне исполняем предписания Церкви, а за то, что внутри, в сердце нашем, обрели через них. К Богу не обращаются только для того, чтобы переменились к лучшему наши привычки и поступки, к Богу обращаются, чтобы сердце наше стало другим. Добро или зло, смоква или терновник, виноград или кустарник — это все относится к нашему сердцу. А сердце — будь оно сокровище доброе или злое — проявляется в словах. Слово, говорит Христос, исходит из сердца. То, что переполняет сердце, переливается в нем через край. Золотые уста у святого Златоуста, потому что слова, которые он произносит из внутреннего сокровища, вдохновляемы Духом Святым. Ядовитые, убийственные слова исходят из сердца разделенного, раздираемого греховными страстями. Наши слова судят нас, потому что они отражают наше сердце.

В крайнем случае, мы можем прибегать к слову, чтобы утаить нашу мысль, и мы знаем, как широко пользуются этой ложью. Но невозможно утаить наше сердце, ибо каждое слово обнаруживает его в независимости от нас. Все истинное и подлинное, что в нем есть, соединенное с Духом Божиим, и все, что уводит от Него, — тысяча желаний, которые владеют человеком и порою делают его своим рабом, пока он живет в этой плоти.

На этой глубине однажды достигнет каждого человека слово, подобное его собственному, но в то же время совершенно иное — Слово Божие, явившееся плотью на земле из недр Отчих. Ибо и Он говорит от избытка сердца, из того, что исходит из глубин Отца Небесного. Только слово Божие, исходящее из этих глубин, может коснуться глубин человеческого сердца и ранить его до смерти и до жизни, от которой рождается слово любви и благодарения, молитва хвалы — добрый совершенный плод, то, чего Бог не перестает ждать от человек.



vn001

См. также:

Протоиерей Александр Шаргунов. Евангелие дня.
Блаженный Феофилакт, архиепископ Болгарский. Толкование на Евангелие от Луки