Payday loans

Сегодня:

15 апреля 2013 г.
(2 апреля ст.ст.)
Понедельник.

Прп. Тит Чудотворец

Седмица 5-я Великого Поста.
Глас 4.

Монастырский устав: cухоядение (хлеб, овощи, фрукты).

Прп. Тита чудотворца (IX). Мчч. Амфиана и Едесия (306). Мч. Поликарпа (IV).


На 6-м часе: Ис. XXXVII, 33 - XXXVIII, 6. На веч.: Быт. XIII, 12-18. Притч. XIV, 27 - XV, 4.

Цитата дня

Если чем обижен, прибегай к терпению, и вред перейдет на обидевших.

Прп. Нил Синайский

Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов

Почему не спешит воцерковляться Россия?

02.09.2010 00:00

Алексей Фирсов

 

Участившиеся в последнее время, призывы духовенства к русскому народу о покаянии навели меня на мысли, которыми хотел бы с вами поделиться. И еще пригласить вас поразмышлять вместе над некоторыми вопросами.

С одной стороны все верно, корень наших проблем находится в отступлении от Бога, и с этим верующему человеку спорить не приходится. Но если пойти чуть дальше и попытаться проанализировать: почему за последние 20 лет мало что изменилось в отношении русского населения к культурообразующей религии, можно прийти к следующим выводам.

Да, восстанавливаются храмы. Да, стало больше священников, открываются семинарии, православные гимназии. Но, не спешит Россия воцерковляться. Почему?

Ведь 20 лет (!) упорного и часто самоотверженного труда многих людей, а на выходе — пшик! Почему разговаривая с разными людьми, нередко встречается и недоверие к Церкви, и даже разочарование? И здесь мне видится некая «системная ошибка».

Поясняя, почему «ошибку» считаю «системной», зайду немного издалека. В нашем Отечестве сейчас модно говорить красивые слова о «повышении», «улучшении», «преодолении», «реформе» и пр. Но делать при этом принято — прямо противоположное. Глядя на нашу действительность, невольно приходит на ум, что все в мире системно приводится к модели: «не власти для организации жизни народов, но массы людей для обеспечения безбедного существования власти». Так, в нашем государстве самым бесправным является «источник права» — народ. Самой униженной является государствообразующая нация. Главными преступниками на поверку оказываются те, кто должен бороться с преступностью, главными хищниками и разрушителями являются те, кому доверено сохранять и созидать. И общество, и семья культивируются этой властью в русле той же системы.

Какие такие «общечеловеческие ценности» сейчас поощряются в нашем обществе? Культ денег и разврата. А в семье? «Домострой» превратили в жупел. И, как результат, институт семьи разрушен. Отцы семейств сбросили с себя всякую ответственность за происходящее в них, и даже не знают, что это такое — нормальная семья. Они ее нигде и никогда не видели. А из-за фальсификации народной памяти даже теоретически не знают, как должна быть устроена «ячейка общества» или «малая Церковь».

К сожалению, положение дел в РПЦ, на мой взгляд, тоже укладывается в эту «систему». На эти мысли наводят многие действия наших иерархов (кстати, тоже системные). При очень правильных и нужных программных заявлениях реальные действия, мягко говоря, смущают. Тут и приглашение Ксюши Собчак на Русский Собор, и поддержка кочетковцев, и высказывание в защиту прав содомитов, и отношение к организаторам скандала вокруг Боголюбского монастыря и прочая, и прочая. Подробнее остановлюсь лишь на последнем уставе РПЦ.

Первое. По уставу 1917 г. епархии сами выбирали себе архиереев. И хотя я не апологет устава 1917 г., но именно это его положение мне кажется вполне оправданным. Сейчас мы от этого отказались, и архиереев в епархии назначают. На мой взгляд, это губительная ошибка, если не сказать больше — советская диверсия против Церкви, которая продолжает жить и сейчас. По моим наблюдениям, назначение архиереев в епархии, во-первых, влечет за собой нестроения в самой епархии. Потому что вновь назначенный архиерей приезжает на кафедру со своей командой и, разумеется, расставляет «своих» на ключевые посты и приходы. Начинаются перестановки по всей епархии, прихожане тоже перемещаются за своими батюшками. Кто остается, за редким исключением, не готовы менять сложившийся уклад, все у нового настоятеля кажется им не так. Осложняется и без того ущербная приходская жизнь, теряются связи с благодетелями, чиновниками и т. п. Но это конечно не главное, и к тому же в некоторых случаях даже полезное.

Во-вторых, и это много важнее первого, епископами теперь становятся не самые достойные и духоносные отцы из клира епархий, а наиболее прагматичные из иподьяконов. А это, в свою очередь, обмирщает Церковь и дает возможность набора силы различным «подводным течениям» в высших эшелонах церковной власти. В качестве иллюстрации приведу пример с одним викарным епископом. «Прославился» он сразу после назначения многими беззакониями, и все-то ему было как «с гуся вода». Но вот все же «погорел» на освящении масонского «Ротари-клуба». И то, только после громкого скандала на весь мир, с публикациями в центральных газетах фотографий его в компании с «господами в передниках» все же сняли его с викариев и стал он правящим архиереем в специально созданной для него епархии. При такой «поддержке» не за горами и членство в Св. Синоде (для изменения «расклада сил», в котором и происходят «передвижки» епископов на митрополии, митрополитов в микроскопические епархии). И еще многое, о чем не хотелось бы говорить. Вопрос: насколько возможно было бы это, если бы епископы выбирались бы в епархии священством, монашествующими и мирянами?

Второе. До революции в России были приходские книги и благодаря им Церковь выполняла функции теперешнего ЗАГСа. Но эти книги нужны были не только для этого. В них были записаны все члены прихода, которые по достижении 21 года не только имели право голоса на приходских собраниях, но и были обязаны участвовать в жизни прихода. «Личное участие христианина в устроении прихода является его священным долгом, необходимым для спасения души. Без исполнения этого долга христианин остаётся мертвым членом прихода» (Устав Прихода 1917 г).

Сейчас, на мой взгляд, очень остро стоит вопрос об организации приходов. Верующих людей много, но кто из посещающих конкретный храм, является полноценным прихожанином с правами и обязанностями? Конечно, есть люди, для которых этот храм не просто место, где можно свечку поставить, они искренне считают себя прихожанами. Но вот незадача: никто не собирается давать им никаких прав, а обязанности сведены к пожертвованиям, как бы чего не вышло.

А что может выйти не так? Ведь все имущественные вопросы давно уже прописаны, сохраняются в полном объеме и теперь, т. е. епархии ничем не рискуют. Зачем нужен п. 5.1 устава (перерегистрация на который сейчас идет полным ходом), по которому людей в члены прихода фактически назначает правящий архиерей? Чем были плохи приходские книги, и так ли уж необходим личный контроль архиерея за каждым прихожанином, да и возможно ли это? Нет. По всей вероятности, он и вникать в это не будет, а передоверит это настоятелям. Те, в свою очередь, запишут в члены приходского собрания уборщиц, лавочниц и сторожей, которых в случае чего можно просто уволить. И кому теперь нужен приход? Проживет батюшка и без лишних хлопот, пожертвованиями захожан и толстосумов-благодетелей. И архиерею спокойно. Тишь да гладь, да Божья благодать (?).

Один человек сказал, что потому мужчин у нас в храмах нет, что нет для них серьезного дела. Не доверяют. Однако поучать и пользовать не стесняются. Простите за упрощение: «покайтесь», «пожертвуйте на ремонт» и «хватит с вас». Все вполне укладывается в вышеописанную систему с поправкой на Церковь: не иерархия для Церкви, но Церковь для иерархии. И как следствие следующий вопрос. Скажите, сколько из всех знаемых вами воцерковлены или хотя бы оглашены? Сколько вы знаете действительно крепких приходов? И сколько пастырей по-настоящему занимается оглашением, катехизацией и устроением приходской жизни?

В подавляющем большинстве (если не всегда), пастырская деятельность священника сейчас сводится к отправлениям служб, исполнениям треб и распеканию пасомых с амвона. Но основная же деятельность современного священника — деятельность хозяйственная. Что, впрочем, согласуется с новым уставом: «настоятель является председателем приходского совета», т. е. старостой.

Отцы наши — пастыри, за редким исключением, как и современные отцы семейств, даже представления не имеют, что такое здоровая приходская община, как ее собрать и, что с ней затем, делать. А как же «Паси овцы Моя» (Ин. 21, 15—17)? А вот «волцы хищницы, волцы тяжцы, лживии учители и наемники, не щадящии стада» (Мф. 7, 15, Деян. 20, 29; 2 Пет. 2, 1; Ин. 10, 12), не дремлют. Может, потому и растет пропасть взаимного недоверия? И заметьте, не по вине брошенного, неорганизованного и потому безголосого народа Божия.

Последний вопрос (в качестве эксперимента, попробуйте этот вопрос переадресовать ополченцам Минина и Пожарского и соборянам 1613 г.): Может, в наше апостасийное время, лучше оставить все как есть? И оправдаться всегда можно: «Необходимо смиряться», «Всякая власть от Бога», «к делу личного спасения это не имеет никакого отношения», «первый революционер — сатана». Опять же, при таком положении дел, очень удобно маскировать архиерейский собор под поместный. Не забывая в это же время произносить на высоких собраниях увещевания о повышении роли приходов.

Возвращаясь к началу статьи, скажу только за себя. Я не «против» покаяния, но я «за» деятельное покаяние. А еще я «за» чистоту веры и «против» обмирщения Церкви. «Православие или смерть» — это звучит как призыв отчаянья, призыв дошедших до последней черты. Кстати, где купить такую майку?

 

Русская народная линия

 

 

Добавьтe Ваш комментарий

Ваше имя (псевдоним):
Ваш адрес почты:
Заголовок:
Комментарий:
  Картинка с секретным словом
Секретное слово:
yvComment v.1.25.3